КАБАН.

При нападении врагов свиньи и кабаны отчаянно защищают детей. Все стадо сплачивается в тесную кучу — поросята посередине, подростки вокруг них, а наружное кольцо составляют способные к бою взрослые. Горе врагу, растерявшемуся в бою и оробевшему при виде этого войска; при первой попытке к отступлению секачи и свиньи с быстротой стрелы бросаются на него и разрывают на части.

Главные враги кабана — волк, медведь, тигр (а в Африке — лев, леопард и пантера), но страшнее всех, конечно, человек. К волку кабаны питают ужасную ненависть. Эта ненависть передалась в наследство домашней свинье и перенесена ею на собаку, как потомка волка. Никто так настойчиво не преследует кабанью семью, как волк. Бороться с кабаном и даже свиньей ему не под силу. Но зато достается от него поросятам всех возрастов. Зимой волки, собравшись стаей, устраивают настоящие охоты на кабаньи семьи. При этом пускаются в ход не только волчьи зубы, но и изворотливый волчий ум. Одни волки устраивают засады, а другие гонят на них свиней. Пропуская опасных секачей и свиней, волки бросаются на поросят и уносят их, несмотря на погоню старых; в это время загонщики-волки, пользуясь переполохом, бросаются на других поросят и подсвинков и душат их на скорую руку. А затем, проводив остальных со стариками, принимаются пировать.

Медведь — более добродушный враг свиней. Он подкарауливает больше одиноких, отсталых и никогда не бросается на целое стадо, зная, что поплатится тут сам. В бой с секачом и одинцом он тоже вступает редко, как бы обсудив предварительно все шансы на успех. Если ему удастся подкараулить одинца и броситься на его спину незамеченным, тогда медведь обхватывает его передними лапами, а зубами впивается в шею; но и тут успех сомнителен: иногда сильный одинец бросится в чащу и собьет с себя медведя; Озлобленные звери вступают в кровавый бой, из которого редко медведь выходит победителем.

Во время осени кавказские охотники, подкрадываясь к медведям и кабанам, кормящимся под грушами и яблонями их плодами, нередко бывают свидетелями забавных сцен. Мишка залезет на грушевое дерево, чтобы натрясти груш, а в это время явится кабан и начнет уписывать их за обе щеки, как добрый гость. Мишку разбирает досада, а спуститься на кабаньи клыки неохота. Но досада разбирает все пуще: и вот он, спустясь осторожно на нижние ветви, бросается оттуда на кабана. Дело кончается, смотря по силам противников: или кровавым боем, или бегством медведя.

На южном берегу Каспия, в лесах Гиляни, Мазандерани и Астрабада, где растут не только дикие груши и яблоки, но есть даже рощи апельсинов и мандаринов (искусственно разведенные), на полях риса и в плодовых лесах истинное приволье для кабанов, но нет счастья без горя. Тут же живут тигры и паленг (барс). Последний особенно страшен, потому что отлично лазает по деревьям и оттуда без промаха, уже не по-медвежьи, бросается на спину кабана; как бы ни был силен кабан, но в битве с паленгом он погибает наверное.

С тигром не то. Во-первых, тигру надо подкрасться к кабану, а слух и чутье у него превосходные; во-вторых, если тигр стережет кабана из засады, то при прыжке на добычу неизбежно произведет хотя шорох, а этого достаточно кабану, чтобы принять оборонительную позу, и один ловкий удар клыками может быть смертелен для тигра. Поэтому, несмотря на большой рост и силу в сравнении с паленгом, тигр разборчиво нападает на кабанов и, испытав раз удар кабаньего клыка, нередко пропускает одинца мимо, предпочитая свиней и подростков. Схватив свою добычу, тигр в несколько больших прыжков скрывается в чаще.

Как ни плодовиты кабаны, но дело идет к тому, чтобы истреблять их до последнего. И не жаль. Кроме вреда хозяйству, кабан нам пользы приносит мало. Правда, мясо его несравненно вкуснее свиного, но, подсчитав все убытки, наносимые кабаном полям, окажется, что это мясо очень дорого. И гораздо лучше все съеденные кабанами продукты отдавать нашей хавронье с ее потомством..,